Следует также учитывать, что ранние школы вообще полностью базировались на семье, отец или чаще дед учили младшего по возрасту. Долгое время семейные школы для пришлых вообще не открывались, например, школа клана Чэнь тайцзицюань не допускала к себе вовнутрь инородных более ста лет. Благодаря этим кровнородственным связям школа и получила свое второе название "семья" (цзя).

Спектр значений термина "цзя" крайне широк: "община", "семья", "сообщество", "клан". Семейные отношения - наиболее тесные и надежные для китайцев, не случайно существует выражение "Вся Поднебесная - одна семья".

Таким образом, школа ушу была как бы уменьшенной проекцией государства и семьи, неся на себе тот же оттенок небесной святости, не случайно общение внутри школы происходило в терминах родства: "брат", "сестра" и т.д. Благодаря этому школа становилась миром в себе и для себя, представляющим не только маленький образ неких "больших" внешних семей, но реально придерживающимся всех семейных уложений.

Отношения соподчинения, внутри какой бы ячейки общества они не реализовывались, всегда воспроизводили связь отца с сыном, например, император всегда был отцом для своих подданных и заботился о них как о своих детях. Учитель в школах ушу также был отцом своих учеников, причем статус его был значительно выше, чем у отца по крови., - учитель являлся отцом по духу. Он как бы рождал новую духовную личность, возрождая в ней самого себя. Поэтому и ученик должен относиться к мастеру с чувством сыновьей почтительности.

Поскольку наставник школы всегда выступал в роли духовного отца, то и его ученики именовались "детьми в духе" или "братьями в учителе".

Китайское выражение "братья в учителе" или "братья по учителю" (шисюн) очень точно выражает саму суть учительствования в Китае. Наставник являет собой родовое древо, выступает как абстрактное начало, некое "тело семьи", воспроизводящее само себя.

В терминах родства воспринимались и все члены школы ушу.